Быстрая реакция — против силы. Если, конечно, дойдет до драки. Правда, еще раз повторяю, это весьма и весьма сомнительно, Не будут они всерьез драться. Не такие они дураки.

— А сам. ты в потрошители идти не желаешь?

— Нет.

— А почему? Кишка тонка?

— Да пошел ты… Чтобы я сдрейфил какого-то потрошения?

Многонагонович довольно засмеялся. Он делал это весьма и весьма заразительно. Нет, физиономия у него достаточно свирепая. И это не маска.

Если Многонагонович рассердится, никому мало не покажется. Но вот если улыбнется, то уж все вокруг тоже хоть немного, но улыбнутся.

— Смешно? — меланхолично поинтересовался сержант Сафарбий, незаметно подошедший со стороны второго капонира. — Сейчас я всех так насмешу…

Я только покачал головой.

И ведь не первый раз. Как он это умудряется делать? Вот только что его поблизости не было, а сейчас он уже стоит в паре шагов от меня и обещает насмешить. Впрочем, как я уже давно заметил, у каждого сержанта есть своя причуда. Один отпустил длинные усы и ни за что с ними не расстанется, другой курит какую-нибудь причудливую трубочку и почитает ее величайшим сокровищем на свете. А этот — подходит незамеченным. Очень неудобное свойство. Для нас по крайней мере. Уж лучше бы он завел себе трубку.

Я все же не удержался и тоже посмотрел на море.

Ничего особенного там не было. Море как море. Только у самого горизонта гуляли два смерчика. Впрочем, это отсюда они виделись смерчиками, а вот тому, кто окажется к ним слишком близко…

— Многонагонович, — сказал сержант. — Бери свою снайперку и бегом на вышку. Будешь страховать команду потрошильщиков. И смотри не засни там.